Они принялись бурно обсуждать новую звезду эстрады. Только Корнелия глубоко задумалась и ничего не говорила. Вдруг она повернулась к Ирме:

— Что-то ты сегодня грустная.

Ирма пробормотала:

— А что, есть повод для счастья? Вы все пойдете в четверг слушать Натали, а я должна буду сидеть дома и ковырять свою домашку.

Тарани серьезно посмотрела на Ирму:

— Но признайся, Ирма, ты же в последнее время не сильно напрягалась с учебой?

— Но у меня просто НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ! — Она беспомощно всплеснула руками. — То есть каждый раз, когда я получаю плохие оценки, я обещаю себе, что буду больше стараться. Но я не знаю, куда утекает время. Оно просачивается сквозь пальцы, как песок.

Хай Лин не могла не хихикнуть:

— Ну да, тебе было бы проще, если б оно утекало, как вода. Тогда ты бы смогла его контролировать.

— Ты можешь хоть секундочку говорить серьезно? — сказала Тарани.

Вилл сказала:

— Нам надо что-то делать. Мы не можем проводить вечера без Ирмы. Что, если нас вызовет Кондракар?

— Ну, вам придется сказать, что я не могу прибыть, потому что решаю уравнения второй степени. — Ирма не удержалась и села прямо с ангельским выражением лица, передразнивая Оракула: — Ах. милые мои Стражницы, да что вы говорите? Ирма не может прибыть из-за домашней работы? Я немедленно прочту заклинание, и отныне Ирма будет получать только хорошие оценки по всем предметам, и ей не придется делать уроки с отцом.

— Ты слишком скромна, — сухо сказала Корнелия. — Почему не наколдовать отличные оценки по всем предметам, раз уж на то пошло?

— Папа говорит, что плохо быть жадной, — рассмеялась Ирма.

— Тебе нужно что-то придумать с учебой, — сказала Вилл. — Займись таким предметом, который тебе интересен. Моя мама говорит, что очень важно время от времени делать то, что тебе нравится. Если ты преуспеешь в том, что выбрала сама, ты поймешь, что значит добиваться успеха, и сможешь использовать это чувство, когда нужно делать то, что тебе совсем не нравится.